От бесперебойных поставок электричества зависит нормальная работа всей социально-экономической системы. В идеале энергетическая сфера должна быть на шаг впереди остальных отраслей, создавая для последних "оперативный простор" и одновременно подушку безопасности.

Как бы ни относились сегодня к большевикам и В. И. Ленину, их план электрификации (ГОЭЛРО) был гениальным и во многом актуальным даже спустя столетие. Тогда энергетике придавался фундаментальный статус локомотива всего государственного развития. Именно тогда были заложены основы энергетической отрасли Кыргызстана. Так, к 1940 году суммарная мощность электростанций республики составляла неимоверные 20 тысяч киловатт. По нынешним меркам это мизер, но нужно учитывать, что до Октябрьской революции электричество на окраинах империи вообще было диковинкой.

Советская власть, объединив огромные пространства в единый народнохозяйственный организм, превратила проблемы в возможности. Интересный факт: в 1933 году между Фрунзе и Ленинградом был подписан договор о хозяйственной, культурной и научной помощи. В рамках сотрудничества Кыргызстан, в частности, получил турбины для электростанций, к нам приехала целая когорта опытных инженеров и различных специалистов. Уже тогда наши руководители понимали — без развития республик и отдельных регионов процветания целой страны не добиться.

К моменту обретения независимости нашу страну можно было назвать энергетической державой. Объемы производства электроэнергии в Кыргызстане позволяли не только обеспечивать нужды промышленности и населения, но и поставлять ее другим республикам.

К сожалению, в последующие годы темпы развития заметно снизились. И хотя сейчас предпринимаются серьезные усилия для преодоления дефицита, наверстать упущенное будет непросто. Ситуацию усугубляют износ инфраструктуры, рост населения и как следствие уровень потребления энергии. Так, сегодня Кыргызстан потребляет 19 миллиардов киловатт-часов в год, а производит всего 15 миллиардов. Как сообщило недавно Министерство энергетики, до конца года страна будет вынуждена импортировать около 4 миллиардов киловатт-часов электроэнергии. К тому же если прежде основную нагрузку энергосистема испытывала в осенне-зимний период, то теперь прибавился и летний. В республике поставлен новый рекорд летнего потребления — свыше 50 миллионов киловатт-часов в сутки. Таков объективный процесс изменения модели энергопотребления.

Схожая ситуация и в соседних государствах. Так, в Казахстане в прошлом году потребление электроэнергии превысило производство на 1,5 миллиарда киловатт-часов, а по прогнозам экспертов, дефицит мощностей к 2030 году может достичь 6 гигаватт. Таджикистан вот уже тридцать лет живет в условиях жесткого "энерголимита": веерные отключения начинаются в сентябре-октябре и продолжаются до марта-апреля.

Спрос на электричество опережает предложение, и это реальность всех стран Центральноазиатского региона. При этом страдает не только экономическое развитие. Стабильно работающая энергетика является основой социальной стабильности и безопасности в наших странах. Поэтому проблема дефицита — это вопрос не просто эффективности и прибыли, а выживания государства.

Однако не будем сгущать краски. Выход из кризиса есть, хотя и требует кропотливой и системной работы. Еще в советское время был разведан технологический потенциал (то, что можно технически реализовать) гидроэнергетической системы Кыргызстана — около 132,6 миллиарда киловатт-часов в год, то есть почти в десять раз больше существующей выработки. Общий потенциал оценивается примерно в 245 миллиардов киловатт-часов, но при этом у нас освоено пока менее 10 процентов, есть куда расти. И это не фантастика, а научный факт. Правда, способы реализации потенциала вызывают жаркие дискуссии. Особенно когда в процесс вмешиваются западные партнеры и доноры в виде МВФ и Всемирного банка. Дело в том, что они настаивают на неолиберальных, чисто монетарных методах. Например, МВФ и Всемирный банк жестко настаивают на значительном повышении тарифов на электроэнергию и прописывают это в требованиях при выдаче кредитов. Причем делается это без учета экономических и социальных последствий.

Кроме того, западные партнеры активно продвигают радикальные изменения в подходе к генерации и требуют отказаться от традиционных источников (ГЭС, ТЭЦ, АЭС) и массово переходить на так называемые "зеленые" возобновляемые источники энергии. Характерен доклад Института стратегии и политики "Новые линии" из США, в котором содержится требование форсированного отказа от ГЭС в пользу ветровых и солнечных электростанций. Но опыт показывает, что такой перекос в генерации приводит к непредсказуемым последствиям, и для этого достаточно вспомнить блэкауты в Европе.

Еще одним странным требованием Запада является предоставление полного доступа и контроля к экономическим данным. Совсем недавно Всемирный банк выдвинул жесткий ультиматум Таджикистану. От республики потребовали создания координационной группы по Рогунской ГЭС под руководством западных кредиторов, раскрытия всех контрактов и планов финансирования, а также "структурных реформ" экономики в целом.

А если вспомнить, что не без участия все тех же западных доноров в 1990-е годы распалось наше уникальное центральноазиатское "энергокольцо", то все становится вполне понятным. Напомню, что тогда они требовали раздробления единых национальных энергохолдингов и презрительно именовали интеграционные проекты "наследием командно-административной системы". Как говорится, ломать — не строить.

Но нужно понимать, что любые изменения в столь важной и чувствительной отрасли, какой является энергетика, требуют продуманного подхода и постепенных шагов. Не радикальный отказ от традиционных источников в пользу возобновляемых, а их гармоничное сосуществование с поэтапной заменой первых вторыми, и только если это будет признано целесообразным и безопасным. Только такой подход принесет положительные плоды. Такой подход "среднего пути", к слову, предлагается в докладе Евразийского банка развития. В нем отмечается, что любые реформы должны сочетать модернизацию инфраструктуры, постепенное внедрение альтернативных мощностей, усиление координации между всеми участниками энергорынка.

Эффективная координация невозможна без тесной интеграции. И тут тоже не нужно изобретать велосипед. Региональная интеграция — это способ преодолеть кризис с наименьшими затратами, используя кооперативный эффект объединения усилий. Здесь мы опять должны вспомнить советский опыт, когда объединенная энергосистема Центральной Азии не только обеспечивала стабильное электроснабжение за счет объединения усилий таджикских и кыргызских ГЭС с тепловыми станциями Казахстана, Узбекистана и Туркменистана, но и позволяла регулировать речной сток для нужд сельского хозяйства. К сожалению, после развала СССР именно водный вопрос стал камнем преткновения между странами региона, а при помощи все тех же западных партнеров эта тема становится еще и причиной конфликтов.

Именно руководство Кыргызстана, понимая важность развития энергетики, без пафоса приступило к использованию возможностей развития ГЭС. Каждый год вводятся в строй малые и средние станции, наконец сдвинулся с мертвой точки процесс строительства Камбар-Атинской ГЭС-1, активно модернизируются действующие мощности.

Сегодня страны региона приходят к пониманию необходимости сотрудничества: Бишкек, Астана и Ташкент договорились совместными усилиями строить Камбар-Ату-1, предпринимаются усилия для восстановления единой энергосистемы ЦА. Подобная кооперация работает по принципу "чем больше участников, тем лучше", поэтому присоединение соседних с регионом стран можно только приветствовать. Так, свыше половины экспорта российской электроэнергии, например, уже приходится на Центральную Азию. Казахстан также работает в рамках единой с Россией энергосистемы. Москва помогает внедрить в регионе ядерную энергетику. В Казахстане АЭС "Балхаш" — совместный проект Астаны и "Росатома" — должна дать ток к середине следующего десятилетия, а в Узбекистане атомная станция будет построена по уникальной технологии, совместив два крупных реактора ВВЭР-1000 и два малых РИТМ–200Н.

Именно так выглядит реальная и взаимовыгодная координация усилий без ультиматумов и подачек. При всех сложностях будущее нашей энергетики — не тупик, а уверенное развитие. Для этого есть все условия, и в первую очередь — понимание важности взаимовыгодного сотрудничества. В такой парадигме Кыргызстан имеет все шансы вернуть себе звание энергетической державы и уверенно идти к процветанию и благоденствию.

Президент КР выделит из cвоего фонда $300 млн для решения проблем в энергетике 21 июля, 12:10