Под объект, реализацией которого занимаются подрядная компания Royal Residence и проектная организация Sharqevroproekt, выделен участок площадью 0,05 га. Котлован вырыли на месте снесённого махаллинского комитета, футбольного поля и части детской площадки. Согласно проекту, на первом этаже новостройки разместится центр махалли, остальные помещения планируется использовать в коммерческих целях.

За прошедший год спор, инициированный жителями махалли, прошёл три судебные инстанции. Ответчиками по делу были заявлены хокимият Ташкента и Главное управление строительства столицы, а также третье лицо со стороны подрядчика.

Заявители оспаривали решение хокима города в части включения объекта на территории их махалли в перечень проектов государственно-частного партнёрства, а также заключение по согласованию проектно-сметной документации.

Первая инстанция — Ташкентский межрайонный административный суд — в октябре 2025 года отказала жителям в удовлетворении исковых требований. Апелляционная инстанция Ташкентского городского административного суда 19 января 2026 года оставила это решение без изменений.

23 июня коллегия выезжала на осмотр места строительства. Жители махалли обратили внимание судей на то, что

«плакаты на заборе, реальная ситуация и документы в ГАСН не соответствуют друг другу»

, а спустя некоторое время баннер с паспортом объекта с ограждения стройплощадки исчез, сообщила на своей странице в Facebook жительница махалли Лола Сайфи.

По итогам рассмотрения жалобы ревизионная коллегия Ташкентского городского административного суда оставила без изменений решения предыдущих судебных инстанций.

«Газета» изучила материалы дела и поговорила с жителями махалли.

Одним из ключевых документов в деле стало закрытое решение хокима Ташкента Шавката Умурзакова №877−14−0-Q/24 от 29 ноября 2024 года. В нём определялись

«меры по организации в экспериментальном порядке образцовых „центров махалли“в районах города Ташкента на условиях государственно-частного партнёрства».

Согласно документу, объект в махалле «Чулпан» входит в перечень проектов ГЧП по строительству типовых центров махалли. Наряду с выделенным земельным участком площадью 0,05 гектара на территории предполагается автостоянка и зелёная зона.

За основу, как выяснилось в ходе рассмотрения ревизионной жалобы, был взят опыт махалли «Дилбулок» Яккасарайского района, которую в марте 2024 года посетил президент. Государственным партнёром в этом случае был определён хокимият Яшнабадского района, частным партнёром — та же Royal Residence.

«Во всех районах было предусмотрено строительство зданий махалли там, где они требовали ремонта, не хватало помещений, а также где здание махалли вообще отсутствовало. Было определено создать новый современный облик махалли и в связи с этим построить необходимое количество помещений и залов для собраний, то есть реализовать это на основе государственно-частного партнёрства между районным хокимиятом, сходом граждан махалли и инвестором», — пояснил в суде представитель хокимията Ташкента, юрист Шоакмал Аскаров.

При этом он ссылался на указанное в закрытом решении хокима Ташкента постановление президента №ПП-25

«О мерах по созданию в порядке эксперимента типовых махаллинских центров в районах города Ташкента на основе условий государственно-частного партнёрства»

от 16 января 2024 года. Этот нормативно-правовой акт также отсутствует в открытом доступе.

Происхождение проекта также вызвало вопросы у судебной коллегии. Судья Улугбек Алмамедов поинтересовался, почему для строительства был выбран участок, где уже существовало здание махалли.

По словам Шоакмала Аскарова, старое здание махалли не соответствовало градостроительным нормам и не было введено в эксплуатацию.

«Если я не ошибаюсь, когда в первой инстанции был выездной суд, здесь вообще никакого здания не было — оно уже было разрушено. Я не могу дать точный ответ. Одно точно: когда кадастр предоставил сведения, на это здание не было ни одного документа, то есть оно не было зарегистрировано в государственном реестре, даже если здание существовало», — ответил представитель городского хокимията.

Адвокат жителей Виктория Шмарковская не согласилась с такой аргументацией. Она считает, что непринятие в эксплуатацию здания не свидетельствует о его несоответствии нормам.

По словам Шмарковской, предыдущие судебные инстанции исследовали обстоятельства дела не полностью.

«Судебная коллегия первой инстанции сослалась на протокол собрания граждан и указала, что отсутствие заявителей на собрании само по себе не свидетельствует об отсутствии согласия населения. Считаю, что вывод сделан без полного объективного исследования доказательств», — отметила адвокат.

Шмарковская напомнила, что в материалах дела есть коллективное обращение примерно со 150 подписями собственников, выступивших против строительства и отвода земельного участка. Граждане обращают внимание на несоответствие проекта отдельным градостроительным требованиям, в том числе связанным с пожарной и сейсмической безопасностью. Их также беспокоит то, что выросшая между домами многоэтажка повлияет на инсоляцию расположенных рядом домов.

Справа за деревьями начинается забор.

Представитель хокимията отметил, что общая площадь земельного участка, на котором располагалось старое здание махалли, составляла 0,12 гектара, а сейчас ведутся строительные работы по возведению нового «современного» центра махалли на участке площадью 0,05 гектара.

Во время заседания судья Улугбек Алмамедов отдельно спросил представителя подрядчика, на каком основании было снесено здание схода граждан махалли «Чулпан», если разрешение на начало строительно-монтажных работ ещё не было получено. Представляющий интересы подрядчика Royal Residence Шохрух Гаффоров ответил, что разрешение на снос не выдавалось, а разрешение на строительство уже было получено. По его словам, работы выполнялись по поручению хокимията Яшнабадского района.

На вопрос судьи о том, можно ли было реконструировать существующее здание без его сноса, представитель хокимията пояснил, что при реализации проекта ориентировались на опыт махалли «Дилбулок», ставшей образцом для подобных проектов — там построено новое трёхэтажное здание.

По словам Шоакмала Аскарова, земельный участок остаётся в государственной собственности — на балансе хокимията Яшнабадского района, а частный партнёр будет пользоваться только верхними этажами на основе аренды.

На заседания должны были явиться представители Главного управления строительства Ташкента и третьего лица — махалли «Чулпан», однако они не пришли и не сообщили суду о причинах неявки.

Как футбольное поле превратилось в стройплощадку

С жителями махалли «Чулпан» мы встретились в беседке. С одной стороны от неё — высокий металлический забор, за которым вырыт котлован, с другой — уцелевшая часть детской площадки. Лавируя между железными «радугами», здесь гоняют мяч мальчишки в спортивной форме.

После нескольких передач мяч с грохотом ударяется о металлический забор, который с начала строительства «служит» воротами.

Футбольного поля, куда приходили играть дети из соседних дворов, здесь больше нет. На его месте вырыт котлован, из которого торчат штыри арматуры — основание будущей многоэтажки.

Жители рассказывают, что о строительстве узнали не сразу. По их словам, в феврале 2025 года председатель махалли начала собирать подписи под предлогом благоустройства территории. Многие жители документ подписали, не зная, что планируется строительство многоэтажного здания, утверждают они. Не проводилось ни презентации проекта, ни обсуждения с населением.

Позже именно этот протокол был приобщён к материалам дела как доказательство согласия жителей. Однако группа активистов утверждает, что большинство проект не поддержало. В подтверждение своей позиции они собрали около 150 подписей против строительства. По словам жителей, появление нового здания прямо во дворе стало для проживающих в махалле «настоящим потрясением».

До недавнего времени на строительном заборе висел паспорт объекта с визуализацией проекта — он исчез после того, как на месте побывала судебная коллегия. Согласно информации на баннере, на первом этаже многоэтажки планировалось разместить кабинеты председателя махалли, его помощников, налогового инспектора, медсестры, банковского работника, инспектора профилактики и библиотеку. Для детской площадки предусматривалось 281,5 кв. м.

Однако, по словам жителей, паспорт объекта не совпадает с планом, который имеется в распоряжении ГАСН. Последний они случайно увидели на планшете инспектора ГАСН в ходе одной из встреч, однако предоставить его жителям он отказался, сославшись на то, что это «секретная информация в рамках трёхстороннего соглашения с участием инспекции, застройщика и Минстроя», рассказывает жительница Дина Сайфи.

За забором находится строительная площадка.

По проекту новая многоэтажка должна появиться на месте прежнего здания махалли. Согласно письму от схода граждан махалли «Чулпан» от 18 октября 2024 года (до принятия решения ДСП хокима города), приобщённому к материалам дела, жители якобы обратились к хокиму Яшнабадского района с просьбой «оказать практическое содействие в строительстве нового центра махалли на основе государственно-частного партнёрства взамен существующего здания, поскольку имеющихся помещений недостаточно для сотрудников „махаллинской семёрки“, а само помещение не соответствует градостроительным нормам и правилам».

На судебном заседании апелляционной инстанции председатель схода граждан махалли «Чулпан» Светлана Шигабудинова (на данный момент не работает — ред. ) также поясняла, что для сотрудников «махаллинской семёрки» на тот момент не хватало помещений.

Подписи на баннере с проектом объекта.

Жители утверждают, что здание махаллинского комитета не было аварийным.

«Здание схода граждан простояло около пяти лет. В нём был огромный зал, шесть-семь кабинетов, где все махаллинские работники размещались. Мы спокойно проводили собрания, никому не мешали», — вспоминает житель махалли Арустан Жолдасов.

Рабочие разбирают крышу махалли в июле 2025 года (сейчас здания нет) / Фото Nova24.uz.

Демонтаж здания махаллинского комитета начался в феврале 2025 года, к июню его снесли полностью — всё это время жителям говорили, что стройка идёт в рамках проекта благоустройства со ссылкой на постановление Кабинета министров №200, согласно которому допускается изменение 25% фасада здания.

К середине июля на территории развернулись строительные работы в полном объёме.

«Сейчас осталась половина площадки. Нашим детям и с других дворов негде играть в футбол. Либо на дороге, где машины, либо идти к другим домам», — говорит жительница дома №5 Татьяна Афанасьева.

За время стройки многое изменилось. По словам Дины Сайфи, территорию за забором

«зачистили под ноль: уничтожили зелёную зону с газоном и фонтанчиками, на которой росли ясень, акация, павловния».

За вырубку трёх деревьев и неудачную пересадку ещё одного, которое в результате погибло, гражданин Х. Ш. был оштрафован на 9,37 млн сумов, ущерб природе оценили в 11,25 млн сумов. Кроме того, нарушителя обязали высадить 300 деревьев.

Жители утверждают, что строительство началось задолго до оформления необходимых разрешений. Это подтверждается ответом Главного управления строительства Ташкента на февральское обращение граждан, в котором ведомство сообщает, что не выдавало разрешение на строительство, архитектурно-планировочное задание не было разработано, а проектно-сметные документы не были согласованы.

В конце мая на обращение жителей в Сенат отреагировало Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства. В его сообщении говорилось, что на основании специального постановления хокима Ташкента участок в махалле «Чулпан» выделен Royal Residence для реконструкции на месте старого здания махалли (площадь застройки — 0,05 га), а архитектурно-планировочное задание разработано Главным управлением строительства столицы 6 марта 2025 года. При этом проектно-сметная документация с Архитектурно-градостроительным советом не согласована.

По словам жителей, к этому времени на участке уже велись строительные работы, а необходимые документы, которые до сих пор отсутствовали, стали появляться один за другим — уже во время судебных разбирательств.

Согласно данным системы «Шаффоф қурилиш» («Прозрачное строительство»), архитектурно-планировочное задание на строительство нового объекта было выдано 6 марта 2025 года, после чего проект получил положительные заключения МЧС, экологических органов, санитарно-эпидемиологической службы и других профильных организаций.

4 июня 2025 года Архитектурно-градостроительный совет согласовал проектно-сметную документацию. В заключении указано, что вопросы пожарной безопасности, санитарных требований, линии застройки и размещения автостоянки решены положительно.

2 декабря 2025 года Республиканский центр экспертизы градостроительной документации выдал сводное экспертное заключение. Основанием для проектирования стало решение хокима Ташкента от 29 ноября 2024 года о включении объекта в перечень проектов государственно-частного партнёрства.

Только 17 декабря 2025 года Инспекция по контролю в сфере строительства и жилищно-коммунального хозяйства зарегистрировала объект для начала строительно-монтажных работ. К этому моменту прежнее здание махалли уже было снесено, деревья вырублены, котлован выкопан, а судебные процессы продолжались уже несколько месяцев.

Именно эта последовательность событий остаётся одним из главных аргументов жителей, которые считают, что строительство фактически началось раньше, чем были оформлены необходимые разрешительные документы.

Жители утверждают, что за год противостояния так и не получили чёткого представления о том, каким в итоге будет объект и насколько он соответствует градостроительным требованиям.

После их публичного обращения Министерство строительства и ЖКХ в июле 2025 года сообщило, что на месте прежнего здания планируется строительство типового центра махалли на условиях государственно-частного партнёрства. В судебных заседаниях позднее звучало уже другое объяснение: прежнее здание не было принято в эксплуатацию и отсутствовало в государственном реестре.

По состоянию на июль на отведённой территории залит фундамент.

В июне 2026 года одна из жительниц вновь обратилась в министерство — на этот раз с вопросами о соблюдении градостроительных норм.

В ответе ведомство указало, что действующие нормы не запрещают строительство более высоких зданий рядом с существующей застройкой, однако требуют соблюдения композиционной гармонии, инсоляции, то есть естественного уровня освещения, противопожарных расстояний и других градостроительных требований.

Одновременно министерство напомнило ещё одну норму: между многоквартирными жилыми домами не допускается размещение каких-либо объектов, кроме детских игровых площадок, площадок для отдыха взрослых, спортивных площадок, мест для сушки белья и автомобильных парковок.

В то же время МинстройЖКХ сообщил, что согласно постановлению Кабинета министров от 24 декабря 2024 года территория относится к зоне реновации с возможностью семиэтажной застройки согласно генеральному плану Ташкента до 2045 года, а эскизный проект получил положительные заключения районных подразделений МЧС и санитарно-эпидемиологической службы.

То, что проект соответствует требованиям противопожарных норм и возможность проезда пожарной техники обеспечена, на одном из судебных заседаний подтвердил специалист Управления по чрезвычайным ситуациям Ташкента Ш. Файзуллаев. Он отметил, что минимальное противопожарное расстояние составляет 6 метров, а для проезда пожарной техники необходимо 15 метров. На основании этих выводов суд признал проект соответствующим требованиям.

Жители с такими выводами не согласны. По словам Дины Сайфи, организация противопожарных проездов возможна только в одном случае — за счёт вырубки зелёной зоны, которую много лет благоустраивали жильцы.

Используя Google Earth Pro, активисты также самостоятельно измерили территорию и пришли к выводу, что фактически стройплощадка превышает выделенные 0,05 га. По их подсчётам, расстояние от будущего здания до одного жилого дома составит около 14 метров, до другого — примерно 7 метров.

Кроме того, они сомневаются, что на столь ограниченном участке удастся разместить все предусмотренные проектом объекты.

«На баннере проект был, но в реальной жизни эта территория не безразмерная, как в фантастических фильмах. Как здесь разместится парковка на такое здание? Для просто нет места», — говорит домком дома №7 Шоира Каримова.

По её словам, за время обсуждения жители услышали сразу несколько версий будущего назначения коммерческих помещений: от медицинского до компьютерного центра.

«Они даже договориться не могут о назначении помещений», — говорит другая жительница Татьяна Афанасьева.

За время конфликта жители направили десятки обращений через портал президента, в Министерство строительства, хокимияты и другие государственные органы. По словам Шоиры Каримовой, попасть на личный приём к хокиму Ташкента им так и не удалось.

Некоторые активисты утверждают, что после начала судебных процессов столкнулись с давлением.

Домком дома №9 Мухаббат Гусейнова рассказывает, что вскоре после подачи иска ей позвонили с неизвестного номера.

«Мне по телефону сказали, что если я буду вмешиваться в суд по поводу махалли, то моему сыну „закроют дорогу“. Он спортсмен, представляет Узбекистан на соревнованиях по вольной борьбе», — вспоминает женщина.

Позже, по её словам, её пригласили в одно из государственных учреждений.

«Мне обещали не только помочь с поездкой на соревнования сына, но и выдать форму — зимнюю, летнюю, осеннюю, весеннюю. Говорили, что отправят на сборы, а потом „встретят с карнаями-сурнаями“. Только в конце добавили: „Вы домком, жители вас слушают, помогите нам собрать подписи на согласие“», — рассказывает Гусейнова. Помогать она отказалась, а деньги на участие сына в соревнованиях семья собрала самостоятельно.

Жительница Наргиза Шарипова рассказывает, что после подачи обращения ей позвонил неизвестный мужчина и поинтересовался, зачем жители продолжают спор, если «всё уже решено» и территория «всё равно попадает под реновацию».

«По телефону я ему сказала, что по закону, если нет согласия 80% жильцов, то нельзя ничего сносить. Он ответил: „Я вас понял, потом перезвоню“. Больше от него звонков не было», — говорит Шарипова.

По словам жителей, подобные разговоры лишь усилили недоверие к происходящему и убедили их продолжать борьбу за сохранение двора.

Конфликт вокруг махалли «Чулпан» разворачивается на фоне заявлений о необходимости сохранять общественные пространства.

В июне 2025 года президент подверг критике хокимов Ташкента и областных центров за недостаточную работу по созданию зелёных зон, мест отдыха, спортивных и детских площадок. Тогда отмечалось, что жители всё чаще выражают недовольство передачей таких территорий под строительство.

Глава государства поручил заместителю генерального прокурора Салому Самадову, министру юстиции Акбару Тошкулову, агентству «Узбеккосмос» и Агентству по кадастру проверить, какие зелёные зоны, спортивные и детские площадки были переданы под другие цели, и принять меры по их возврату.

Вместе с тем нормативные акты действительно предусматривают строительство центров махалли на условиях государственно-частного партнёрства. Так, постановление президента от 18 февраля 2020 года в новой редакции предусматривает создание в каждой махалле современных комплексов за счёт привлечения предпринимателей.

Если первоначальная редакция документа допускала выделение инвесторам дополнительных земельных участков для строительства примыкающих коммерческих объектов, то в новой редакции акцент сделан на строительстве комплексов по утверждённым типовым проектам и создании сопутствующей инфраструктуры.

По проекту первый этаж займут помещения центра махалли.

При этом появилось ещё одно важное положение. Если раньше документ лишь указывал, что деятельность инвестора не должна мешать работе схода граждан, то теперь предусмотрено, что земельные участки для строительства центров махалли определяются профильными министерствами и ведомствами, а районные и городские хокимияты обязаны согласовывать их размещение с населением соответствующей махалли.

Кроме того, постановление Кабинета министров №543 от 27 августа 2021 года, которым утверждён административный регламент предоставления земельных участков для общественных нужд, требует учитывать экологические, санитарные, противопожарные требования, а также вопросы охраны окружающей среды и водных ресурсов. Именно вокруг выполнения этих требований сегодня и строятся основные доводы жителей махалли «Чулпан».

7 июля Ташкентский городской административный суд рассмотрел ревизионную жалобу и оставил без изменения решения предыдущих судебных инстанций.

Судебная коллегия пришла к выводу, что при согласовании оспариваемого заключения Главным управлением строительства Ташкента и принятии решения хокимиятом нарушений законодательства допущено не было. В частности, по итогам выездного осмотра и замеров установлено, что котлован занимает 0,0495 гектара, то есть не превышает допустимые 0,05 гектара. При этом огороженная забором территория в расчёт не включалась.

Судом также установлено, что детская площадка сохранилась и доступ к ней не ограничен; водопроводные и канализационные сети, проходящие через участок, не повреждены.

Коллегия не нашла оснований считать, что согласие жителей не было получено — свою роль сыграл протокол собрания махалли, где проект был одобрен «активом». Обращение о несогласии жителей махалли со строительством, под которым подписалось 150 человек, не было принято для рассмотрения.

Согласно решению суда, заявители не доказали, что объект строится на территории, непосредственно прилегающей к многоквартирному дому, где требуется согласие более 80% собственников, либо что участок относится к озеленённой зоне с деревьями.

Что касается застройщика, то он, по мнению коллегии, действует,

«полагаясь на законную силу административного акта государственного органа, в связи с чем его законные ожидания и доверие подлежат правовой защите»

. В решении отмечается, что старое задание махалли снесено на основе договора ГЧП, согласно которому также осуществляется строительство нового здания по утверждённому проекту.

Жители считают, что договор ГЧП оказался «пропуском» и «заменой» разрешительных документов, которые не были получены в срок. Это может быть правовым пробелом и нести риски при возведении других объектов по этому же принципу.

Для них спор давно вышел за рамки одного строительного проекта. Активисты говорят, что речь идёт не только о футбольном поле, деревьях или детской площадке, но и о праве участвовать в принятии решений, которые напрямую затрагивают их повседневную жизнь, поэтому сдаваться они не намерены и готовят обращение в Верховный суд.