«Я пришла на сессию AI4, ожидая услышать много об искусственном интеллекте и роботах. А вышла, размышляя о том, как ИИ повлияет на доступ к правосудию», — пишет О’Нил в опубликованной после конференции статье AI, Judgment, and the Next Frontier of Access to Justice.

Такая оценка особенно показательна с учетом профессионального бэкграунда автора. Мишель Мэй О’Нил — американский адвокат с 34-летним опытом судебной и апелляционной практики, автор юридических книг и ведущая The Michelle May O’Neil Show. Она также выступает в качестве национального комментатора на Fox Business и NewsNation, а в своей публичной деятельности обращается в том числе к вопросам права, искусственного интеллекта и влияния технологий на профессиональную среду.

В центре ее внимания на AI4 оказалось выступление Ульфана Алиева, представляющего Национальный центр искусственного интеллекта, входящий в AZCON Holding. Он рассказал о решениях, которые Азербайджан развивает на стыке искусственного интеллекта и системы правосудия.

От доступа к законам к пониманию права

Цифровизация правовой системы долгое время во всем мире развивалась вокруг одной задачи - сделать законодательство и государственные сервисы доступнее. Законы публиковались онлайн, создавались электронные базы данных, цифровизировались судебные процедуры.

Но доступность информации еще не означает ее понятность.

Именно этот аспект азербайджанского подхода привлек внимание американского эксперта. Как отмечает О’Нил, обычный человек сталкивается с правом не в форме статей законодательства и юридических ссылок. Его вопросы значительно проще: «Что это означает?», «Имеют ли они право так поступить?», «Что мне делать дальше?», «Какие у меня есть варианты?»

В Азербайджане ответом на этот разрыв стало развитие ИИ-инструментов, способных работать с вопросами на обычном языке, находить соответствующие нормы законодательства, объяснять их пользователю и одновременно связывать ответ с официальными правовыми источниками.

Таким образом, речь идет уже не просто о переводе законодательства в цифровой формат. Следующий этап - сделать правовую информацию более понятной и практически применимой для человека.

Искусственный интеллект по обе стороны суда

Но именно второй элемент представленного подхода стал для О’Нил наиболее интересным. Параллельно с инструментами для граждан в Азербайджане развивается применение искусственного интеллекта для поддержки работы судей. Речь идет об анализе материалов дела, определении существенных фактов и позиций сторон, поиске применимого законодательства и судебной практики, а также подготовке проекта решения для рассмотрения судьей.

Принципиальная граница при этом сохраняется: окончательное решение принимает человек - судья. ИИ выступает не заменой профессионального суждения, а инструментом его поддержки.

Именно здесь американский эксперт увидела особенность азербайджанской модели. «Они создают интеллект по обе стороны двери суда - для судей и для граждан», — отмечает О’Нил. По ее словам, именно в этот момент история перестала для нее быть историей об «ИИ-судьях» и превратилась в гораздо более фундаментальный вопрос - демократизацию юридического интеллекта.

Информация - еще не способность принять решение

На протяжении десятилетий проблема доступа к правосудию рассматривалась прежде всего как проблема доступа к юристам и юридической информации.

Создавались библиотеки, системы юридической помощи, стандартные формы, онлайн-базы законодательства и центры поддержки граждан. Все эти инструменты сделали информацию значительно доступнее.

Но О’Нил обращает внимание на следующий барьер: человеку недостаточно найти закон - необходимо понимать, какая информация имеет значение и что с ней делать.

Гражданин может самостоятельно найти нужную норму и при этом не понимать, какие обстоятельства его дела существенны, какие доказательства способны изменить правовую оценку, какой аргумент сильнее, какие риски возникают при принятии определенного решения и каким должен быть следующий процессуальный шаг.

Поэтому, считает эксперт, существует не только information gap - разрыв в доступе к информации, - но и judgment gap: разрыв в способности эту информацию интерпретировать и использовать.

Именно здесь искусственный интеллект потенциально меняет существовавшую десятилетиями модель.

Азербайджан на фоне мировых подходов

Применение искусственного интеллекта в правосудии сегодня становится предметом экспериментов во многих странах, однако модели существенно различаются. Саудовская Аравия интегрирует ИИ в судебные сервисы, подготовку дел и процессы внутри системы правосудия. Бразилия развивает национальную AI-экосистему Sinapses, позволяющую судебным органам создавать, обучать, хранить, распространять и контролировать ИИ-модели. Эстония, которую на протяжении нескольких лет связывали с идеей так называемого «робота-судьи», официально уточняла, что речь идет не о замене судей искусственным интеллектом, а о цифровизации процедур, автоматизации отдельных процессов и технологиях поддержки работников судебной системы.

На этом фоне внимание О’Нил к Азербайджану связано с тем, что страна работает сразу с двумя частями системы. С одной стороны, повышение интеллектуальных возможностей и эффективности самого института правосудия. С другой - расширение возможностей гражданина понимать право и взаимодействовать с системой. Именно сочетание этих двух направлений отличает рассматриваемый подход.

Почему важно развивать обе стороны одновременно

У этой модели есть еще одно измерение. На первый взгляд может показаться, что чем доступнее юридические знания и инструменты становятся для граждан, тем меньше будет нагрузка на систему правосудия. Однако О’Нил обращает внимание на обратный эффект.

Человек, который лучше понимает свои права, получает больше возможностей их отстаивать. Тот, кто способен самостоятельно оценить потенциальное требование, с большей вероятностью может решить его предъявить. А гражданин, лучше понимающий действия государственного института, получает больше возможностей задавать ему вопросы.

В результате демократизация юридического интеллекта может сокращать разрыв на уровне отдельного человека, одновременно увеличивая спрос на возможности самой судебной системы.

Поэтому расширение доступа граждан к новым технологиям должно сопровождаться ростом способности государственных институтов работать с этим новым уровнем спроса.

И здесь азербайджанский подход вновь оказывается показательным: технологии развиваются одновременно для человека и для института.

Не ИИ вместо судьи, а ИИ как новая инфраструктура правосудия

В дискуссии об искусственном интеллекте и судах внимание часто концентрируется на наиболее радикальном сценарии - сможет ли машина когда-нибудь заменить судью.

Азербайджанский пример предлагает другую постановку вопроса. ИИ может не забирать у человека полномочия принимать решение, а расширять возможности всех участников системы: помогать гражданину понимать право, быстрее ориентироваться в сложной правовой информации и одновременно предоставлять судье инструменты для анализа большого объема материалов.

При этом развитие подобных систем неизбежно требует четких стандартов точности, надежности, прозрачности, проверки результатов и сохранения ответственности человека.

Именно поэтому произошедшая в Лас-Вегасе дискуссия вышла далеко за рамки презентации отдельного технологического решения.

Азербайджанский опыт заставил американского эксперта поставить более фундаментальный вопрос: что произойдет с системой правосудия, когда возможности, ранее доступные преимущественно профессиональным юристам и государственным институтам, начнут становиться доступнее обычному человеку?

Ответ на этот вопрос только формируется. Но опыт Азербайджана показывает один из возможных путей: не ждать, пока искусственный интеллект изменит систему извне, а последовательно интегрировать его в архитектуру правосудия - расширяя возможности граждан, усиливая институты и сохраняя окончательное решение и ответственность за человеком.