Судья отклонил попытку ответчиков отменить ранее вынесенное разрешение на вручение документов за пределами юрисдикции, признав Англию «безусловно, наиболее подходящим форумом» для рассмотрения обвинений в том, что серия корпоративных реструктуризаций была направлена на срыв исполнения арбитражных решений.

Напомним, SOCAR и Palmali начали сотрудничество в 2007 году, при этом компании Palmali занимались международной транспортировкой сырой нефти. Впоследствии дочерние компании SOCAR предоставили группе кредиты в размере 120 и 30 миллионов долларов.

Финансовое положение компании Palmali ухудшилось, и в 2016 году стороны заключили соглашение о реструктуризации. Мансимов предоставил личную гарантию возмещения убытков в случае невыполнения Palmali своих обязательств.

Вскоре последовали дальнейшие реструктуризации. В 2020 году Мансимов передал свои доли партнеру Ульвии Гасымовой и другой компании безвозмездно (или за символическую плату). Palmali утверждает, что это были законные меры в ответ на финансовое давление, включая требования турецких банков. SOCAR утверждает, что они были направлены на то, чтобы сделать активы недоступными для кредиторов.

Разрыв коммерческих отношений между сторонами в конечном итоге привел к трем арбитражным разбирательствам между SOCAR и Palmali, в результате которых были присуждены компенсации на общую сумму около 240 миллионов долларов плюс проценты и судебные издержки.

Однако Palmali отказывается платить эту сумму. Компания Мансимова до сих пор выплатила лишь 107 000 фунтов стерлингов в качестве судебных издержек. Согласно расчетам по состоянию на июнь прошлого года, Palmali задолжала SOCAR более 300 миллионов долларов, включая проценты, на основании решений лондонского арбитража. В результате SOCAR подала апелляцию в лондонский арбитраж по поводу сокрытия Palmali активов.

Судья Бирт установил, что имеется серьезный спорный вопрос как относительно стоимости переданных активов, так и цели реструктуризаций. В частности, отсутствовали современные документальные доказательства того, что реструктуризации проводились по требованию турецких банков; судья назвал «довольно удивительным» то, что крупная судоходная группа проводила подобные корпоративные преобразования по настоянию банкиров без документов, фиксирующих, что именно требовалось. Он пришел к выводу, что в той мере, в какой реструктуризации были направлены на вывод активов из сферы досягаемости SOCAR, они имели целью сорвать исполнение решений, ожидаемых по итогам английских арбитражей.