О чём исследование: невидимая угроза и две шкалы здоровья

Сегодня благодаря современной антиретровирусной терапии ВИЧ перешёл из разряда смертельных диагнозов в категорию контролируемых хронических заболеваний. Однако на пути к полноценной жизни пациентов остается ещё один барьер — психологический.

Справка: АРВ-терапия (антиретровирусная терапия) — это лечение, которое применяется при заражении вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ). Её основная задача — подавить размножение вируса в организме, сохранить иммунную систему и предотвратить развитие синдрома приобретённого иммунодефицита (СПИД). АРВ-терапия не уничтожает ВИЧ полностью, но позволяет держать его под контролем.

Авторами исследования на эту тему выступили учёные Школы медицины Назарбаев университета — ассистент-профессор кафедры биомедицинских наук Раушан Алибекова и врач-исследователь Адель Стоянова. Совместно с представителем Казахстанского союза людей, живущих с ВИЧ, Нурали Аманжоловым они провели опрос 170 пациентов из разных регионов страны.

В работе использовалась современная "двухконтинуальная модель" психического здоровья.

Традиционно считается, что отсутствие клинического диагноза (например, депрессии) равнозначно здоровью. Но новая модель показывает, что психическое состояние делится на две шкалы:

отсутствие расстройств,

уровень жизненного благополучия.

Человек без диагноза может не чувствовать себя благополучным, а пациент с расстройством при должной социальной поддержке способен сохранять высокий уровень позитива и полноценно функционировать в обществе.

Что показал опрос: депрессия и эффективность лечения

Данные опроса показали: почти 36 процентов его участников сталкиваются с симптомами депрессии или тревоги. При этом 20,6 процента находятся в состоянии "угасания" — они одновременно испытывают выраженные расстройства и низкий уровень жизненного благополучия.

Депрессия у пациентов с ВИЧ напрямую угрожает эффективности лечения, что подтверждает и масштабный метаанализ в журнале Annals of Behavioral Medicine, люди с симптомами депрессии на 42 процента реже соблюдают строгий режим приема АРВ-терапии.

Пропуски таблеток ведут к росту вирусной нагрузки и устойчивости инфекции. Таким образом, психологическое состояние пациента становится одним из ключевых факторов контроля над вирусом.

Казахстанские учёные пришли к выводу, что у пациентов с хорошим физическим самочувствием риск оказаться в зоне психологического упадка ниже почти в два раза. Однако важная причина расстройств кроется не в физиологии.

"Страх осуждения и отвержения бьёт сильнее, чем страх за физическое здоровье. Внутренняя стигма (собственный стыд и страх быть отвергнутым) оказалась самостоятельным фактором риска: у тех, кто сильнее стеснялся своего диагноза, вероятность оказаться в неблагополучной группе была в полтора раза выше", — отмечают Раушан Алибекова и Адель Стоянова.

Кроме этого, в исследовании говорится, что среди участников с симптомами депрессии безработные почти в девять раз чаще сообщали о высоком уровне психологического благополучия, чем трудоустроенные.

Исследователи связывают это с тем, что работа для человека с ВИЧ часто становится пространством страха перед раскрытием статуса и дискриминацией. Уход из этой среды временно снижает эмоциональную нагрузку.

Опыт пациентов: "Я был очень испуган"

Отражение этих выводов можно найти в опыте самих пациентов. 30-летний житель Алматы узнал о своём ВИЧ-статусе четыре года назад. Первые месяцы он описывает как состояние глубокого оцепенения.

"Я был очень испуган. У меня не было истерики, я просто проживал это в одиночестве: грустил, плакал. Я помню, что много времени ходил как зомби: работал, что-то делал, но находился в тупике", — вспоминает мужчина.

Стигма повлияла на его социализацию: больше года парень избегал знакомств. В тот период своей жизни молодой человек активно пытался выстраивать отношения с девушками и долго не мог понять, на каком этапе рассказать им о диагнозе и вообще, нужно ли это делать.

"Поначалу моя стратегия была такой: сходить на пару свиданий, сблизиться и потом признаться. Дважды мои спутницы отреагировали нормально, но во всех остальных случаях — сильно пугались. Сейчас я говорю о статусе практически при первом знакомстве — заболевание стало для меня своеобразным фильтром", — делится алматинец.

Учёные говорят, что страх огласки заставляет пациентов реже сдавать анализы и избегать медицинской системы. Информационный вакуум подтверждает и сам алматинец:

"Честно говоря, до заражения я ничего не знал про ВИЧ. Для меня стало шоком и открытием, когда из видео в интернете я узнал, что женщины на терапии могут рожать здоровых детей. Я узнал это, только когда заболел сам".

Специалисты, которые проводили исследование, сходятся во мнении, что пациентам необходим скрининг психологического благополучия на приёмах и доступ к системной поддержке в момент постановки диагноза.

Эту же мысль подтверждает и сам пациент. По его словам, спустя три месяца после диагноза, когда его вирусная нагрузка стала нулевой, он пошёл к психологу, начал открываться друзьям и получил поддержку.

Материал подготовила Карина Мингалеева