Корреспондент Tengrinews.kz Рабига Дюсенгулова записала интервью с министром труда и социальной защиты населения Аскарбеком Ертаевым, в котором обсудила с ним два самых громких инфоповода последних недель.

"Нам было небезразлично": какую помощь предложили женщине-курьеру

— Аскарбек Маратович, по поводу этой женщины с младенцем на руках и большим рюкзаком популярного сервиса доставки — многих возмутила реакция Министерства труда. Показалась недостаточно тёплой и сочувствующей. Что вы можете сказать об этом?

— Действительно, эта ситуация вызвала широкий общественный резонанс. Мы понимаем, почему общество так эмоционально её восприняло.

Нашей первой задачей было проверить все обстоятельства. С семьёй работало управление координации занятости и социальных программ Алматы. Сотрудники встретились с ними, познакомились, уточнили ситуацию и спросили, какие меры государственной поддержки можно предложить.

Однако семья отказалась от всех предложенных мер поддержки и сообщила, что планирует вернуться в Шымкент (в момент, когда было сделано фото, женщина с мужем жила в Алматы, переехали они месяц назад, а родом из Шымкента — прим. редакции). Помочь семье хотел и местный предприниматель, который активно участвовал в их поисках. Они поблагодарили его, но также отказались от помощи.

Со своей стороны мы предложили помощь с трудоустройством через карьерный центр. Супруг женщины работает в сфере IT, и для него были подходящие вакансии. Но семья, подумав, отказалась и вернулась в Шымкент.

Когда стало понятно, что они возвращаются, мы подключили шымкентский карьерный центр, попросили коллег помочь с трудоустройством уже там.

— То есть работу предлагали супругу женщины?

— Да, супругу. Он специалист в сфере IT, и были хорошие вакансии. Но семья приняла другое решение.

Министр труда и социальной защиты населения Казахстана Аскарбек Ертаев и корреспондент Рабига Дюсенгулова. Фото: © Tengrinews.kz / Роман Павлов

— Казахстанцев особенно возмутило то, что при оценке их положения госорганы ссылались на доходы и бизнес её родственников. Насколько вообще корректно оценивать благосостояние отдельной молодой семьи через положение родителей, братьев и других родственников?

Напомним, когда фото женщины с младенцем разлетелось по соцсетям, министра труда Аскарбека Ертаева попросили прокомментировать это. Журналисты тогда предположили, что женщина могла выйти на работу с ребёнком, поскольку её супруг болеет, а оставить младенца было не с кем. Министр назвал эту информацию неверной и отметил, что у семьи есть автомобиль, на который оформлен кредит в два миллиона тенге, а в Шымкенте у семьи живут родственники. "Есть родной брат, который занимается сферой ломбардов, родители неплохо живут. Поэтому у них обеспеченность хорошая", — сказал тогда Ертаев.

— Информация поступила из Цифровой карты семьи, — объясняет Аскарбек Ертаев уже в этом интервью. — Все домохозяйства распределяются по определённым категориям в зависимости от их социально-экономического положения.

Мы посмотрели данные и увидели, что молодой человек зарегистрирован вместе с родителями. Поэтому система воспринимала их как одно домохозяйство и показывала общие возможности семьи.

Если бы молодая семья была зарегистрирована отдельно в другом городе, система показывала бы её как отдельное домохозяйство и учитывала бы только её собственные активы и доходы.

Мы основывались именно на данных Цифровой карты семьи. При этом понимаем, что систему необходимо совершенствовать, и сейчас занимаемся этой работой.

Видеоверсию этого интервью можно посмотреть на YouTube-канале Tengri TV.

— Но молодая семья — это отдельная ячейка общества. Конечно, родственники могут помочь в сложной ситуации, но семья должна иметь возможность содержать себя самостоятельно. Не считаете ли вы, что именно здесь возникло недопонимание: при чём здесь брат её мужа и его родители?

— Безусловно, работать нужно именно с молодой семьёй. И мы так и поступили: встретились с ними и предложили различные меры поддержки.

Информация о родственниках была нужна, чтобы в целом понять обстоятельства и возможности. Но это не означает, что мы привязываем поддержку молодой семьи к её родственникам.

— Всё же казахстанцы, наверное, ждали от профильного министерства большей эмпатии. Я понимаю, что государственные служащие отвечали с фактической точки зрения: какие доходы, какое положение, какие меры поддержки. Социальная помощь небезгранична, бюджет не может помочь всем. Но не считаете ли вы, что за цифрами и информацией о родственниках потерялось обычное человеческое сочувствие?

— Когда фотография появилась, начались поиски женщины. Наше управление также участвовало в этой работе. Кроме самой фотографии, первоначально практически никакой информации не было. Алматы — большой город, поэтому поиск занял определённое время. На момент первых комментариев у вице-министра ещё не было полной информации.

Примечание редакции: Аскарбек Ертаев имеет в виду первые ответы сотрудников своего ведомства на эту историю — например, в этом материале.

Коллеги из Алматы сообщали, что поисковая работа продолжается. Когда семью нашли и подтвердили готовность встретиться, началась конкретная работа. И вице-министр Виктория Шегай, и я были настроены помочь этой семье. Мы готовы были предложить все необходимые меры государственной поддержки.

Аскарбек Ертаев. Фото: © Tengrinews.kz / Роман Павлов

Если бы нам было безразлично, мы бы передали этот вопрос акимату и сообщили, что дальше им займутся местные органы. Но мы работали совместно, постоянно были на связи и контролировали ситуацию.

Семья отказалась и от государственной поддержки, и от помощи предпринимателя. Поэтому нам больше нечего было им предложить.

Я официально и ответственно заявляю: мы готовы помогать молодым семьям. У нас и раньше были разные подобные случаи, и я лично вмешивался в их рассмотрение. В этой ситуации также никто не собирался отказываться от работы с семьёй.

Но для этого нужно обращаться за помощью. Я рекомендую в таких случаях начинать с обращения в карьерный центр: посмотреть, какие вакансии есть в городе, какие предлагаются зарплаты и уже с учётом этого планировать дальнейшие действия. Если подобные случаи будут происходить в дальнейшем и у нас будет возможность помочь с трудоустройством или другими мерами поддержки, мы обязательно это сделаем.

Запретят ли матерям с детьми работать курьерами

— Вы также говорили, что у министерства возникли вопросы к сервису доставки, который допустил женщину с ребёнком к работе. Что именно должен был сделать сервис? Не получится ли, что после этой истории платформы просто перестанут давать работу женщинам с маленькими детьми?

— Цели ограничивать матерей с детьми в такой работе у нас нет. Мы таких комментариев не давали.

Но девушка работала с младенцем и посещала различные объекты. Это могут быть строительные и производственные объекты, места с интенсивным дорожным движением. Поэтому возник вопрос: как были обеспечены безопасность матери и ребёнка, проводился ли инструктаж, были ли учтены возможные риски?

После этой истории мы обратились к компаниям, работающим в сфере платформенной занятости. Я лично провёл переговоры с ними.

Мы считаем, что эту форму занятости нужно поддерживать. Она привлекательна для многих граждан, потому что позволяет самостоятельно выбирать удобный график.

Но любая услуга — будь то работа курьера или таксиста — должна совмещаться с требованиями безопасности. Работа не должна создавать угрозу жизни и здоровью человека. Речь идёт не о том, чтобы запрещать женщинам с детьми работать, а о том, чтобы компании серьёзнее относились к вопросам безопасности.

Справка: Аскарбек Ертаев родился в 1977 году в Актобе. По образованию экономист. На госслужбу пришёл в 2014 году: работал в Министерстве экономики, Администрации Президента и аппарате правительства. В системе Минтруда — с 2023-го: был председателем Комитета по миграции, затем вице-министром, а в 2025–2026 годах — первым вице-министром труда и социальной защиты населения. 27 января 2026 года указом Главы государства Ертаев был назначен министром труда и социальной защиты населения РК. На этом посту сменил Светлану Жакупову.

Примечание редакции: Tengrinews.kz выпускал большое интервью со Светланой Жакуповой, когда она занимала должность министра.

Почему повысили пороги достаточности

— Ещё одна ситуация, которую казахстанцы активно обсуждают. Недавно повысились пороги достаточности для изъятия средств из ЕНПФ, и для большей части граждан использование пенсионных накоплений стало недоступным. Зачем вообще вводили эту возможность, если теперь большинство людей не может ею воспользоваться?

— Нужно вернуться к периоду пандемии. Многие предприятия тогда не работали, часть сотрудников перешла на удалённый график, объём услуг на рынке сократился, бизнес терял доходы.

В этих условиях было принято решение разрешить гражданам использовать часть пенсионных накоплений как дополнительную меру поддержки. Эти деньги можно было направить на решение жилищных вопросов и лечение.

Но государство должно думать не только о сегодняшних проблемах. Мы обязаны учитывать, что произойдёт с человеком через 30–40 лет.

Пандемия завершилась, рынок труда стабилизировался, появились новые запросы работодателей и новые профессии. Поэтому пенсионная система должна вернуться к своей первоначальной функции.

10 процентов, которые перечисляет работник, должны накапливаться, чтобы после достижения пенсионного возраста человек мог получать пенсию. Методика определения порогов раньше была упрощённой. Мы её пересмотрели, и на основании новой методики ЕНПФ установил новые пороги.

— Но как 20-летнему человеку достичь такого порога? Сколько лет ему придётся работать?

— Этот показатель должен быть ориентиром, к которому молодой человек может стремиться. Люди работают в разных условиях: кто-то в селе, кто-то в городе, кто-то занят рабочей профессией, а кто-то работает в офисе. У всех разные зарплаты и возможности. Каждый человек накапливает средства в зависимости от своих доходов.

Но важно понимать: если человек не будет делать накопления, после выхода на пенсию ему будет тяжело.

Сегодня пенсия состоит из трёх компонентов: базовой выплаты, накопительной части и солидарной пенсии. Солидарная часть постепенно сокращается. К 2040 году её уже не будет. Останутся базовая и накопительная части.

Если человек ничего не накопил или полностью изъял свои средства, у него останется только базовая пенсия. Это минимальная государственная поддержка, которая не сможет обеспечить прежнюю покупательную способность человека. Поэтому накопительный компонент должен работать.

За время действия этой возможности из пенсионной системы было изъято около 5,8 триллиона тенге. Из них порядка 4,8 триллиона направили на жильё, ещё около 980 миллиардов — на лечение.

Теперь необходимо возвращаться к прежней модели. Накопительный пенсионный счёт — это не обычный банковский депозит. Его назначение — обеспечить человека средствами после выхода на пенсию.

До пандемии люди также приобретали жильё, брали кредиты, копили деньги на депозитах и оплачивали лечение, не используя пенсионные накопления. Мы должны постепенно вернуться к этой модели.

— За четыре дня до повышения порогов достаточности более 88 тысяч человек подали заявки на вывод денег из ЕНПФ на сумму свыше 55 миллиардов тенге. Что такой ажиотаж говорит о доверии людей к пенсионной системе? Многие рассуждают так: "Лучше сейчас купить квартиру, которая останется со мной, чем ждать пенсию через 20–30 лет. Квартиру можно сдавать, продать, оставить детям. Не превратятся ли пенсионные накопления за это время в копейки?"

— ЕНПФ получает инвестиционный доход. Каждый человек может посмотреть выписку со своего счёта и увидеть, какой доход был начислен.

Справка: пенсионные взносы не просто хранятся в ЕНПФ — их инвестируют в государственные ценные бумаги, облигации, депозиты, акции и другие финансовые инструменты. Полученный доход начисляется на индивидуальные пенсионные счета и увеличивает общую сумму накоплений. При этом доходность не фиксирована и зависит от ситуации на финансовых рынках.

Доверие к фонду выстраивалось годами. И я не думаю, что из-за повышения порогов нужно сразу ставить под сомнение всю пенсионную систему. Я сам работаю с 1997 года, регулярно получаю выписки и вижу, как начисляется инвестиционный доход.

Пороги повысили для того, чтобы защитить самих граждан и сохранить их накопления до пенсионного возраста.

У нас есть другая серьёзная проблема — часть граждан вообще не перечисляет пенсионные взносы. Мы уже видим людей, которые перед выходом на пенсию пытаются в последние годы сделать какие-то отчисления, чтобы получить хотя бы более высокую базовую пенсию.

За последние два года ко мне неоднократно обращались граждане и спрашивали, почему получают небольшую пенсию. Начинаем разбираться — оказывается, пенсионных отчислений не было. Возможно, человек работал неофициально или получал зарплату в конверте.

Поэтому задача фонда — призывать казахстанцев делать накопления и показывать, как они формируются.

Нужно также учитывать и то, что с пенсионными накоплениями работали различные банки. Когда стало известно о предстоящем повышении порогов, банки начали активнее обращаться к клиентам: если человек подавал заявку на кредит или жильё, ему предлагали быстрее использовать средства из ЕНПФ.

При этом решение не было объявлено за одну неделю. С марта мы начали говорить, что пороги будут пересмотрены. Позже сообщали, что решение ожидается в июне. Методику и сами пороги обсуждали почти полгода с экспертами, Национальным банком и ЕНПФ.

Фонд находится под контролем государства и Национального банка. Кроме того, законодательство предусматривает гарантию сохранности обязательных пенсионных взносов с учётом инфляции.

Если человек всё равно сомневается, он может передать часть своих накоплений частной управляющей компании. Но в этом случае инвестиционные риски уже берёт на себя сам гражданин.

Может ли министр гарантировать достойную пенсию

— Всё же можно ли гарантировать казахстанцам, что через 10, 20 или 30 лет их пенсионные накопления не превратятся в копейки? Людям хочется услышать от государства чёткое заявление: доверяйте системе, мы сделаем всё, чтобы вы получали достойную пенсию.

— Я, как министр труда, доверяю нашей пенсионной системе и Единому накопительному пенсионному фонду. На законодательном уровне закреплена государственная гарантия сохранности пенсионных накоплений. Это уже говорит о стабильности системы.

Если через 10, 20 или 30 лет возникнут какие-либо риски, государство не останется в стороне. Оно будет выполнять нормы закона, защищать права граждан и принимать меры, чтобы люди не потеряли свои накопления.

Конечно, сейчас трудно точно прогнозировать, какой будет экономика, национальная валюта и покупательная способность через несколько десятилетий. Такие долгосрочные прогнозы делает Национальный банк.

Но моя рекомендация гражданам — изучать свои выписки и информацию, которую публикует ЕНПФ. Фонд работает открыто. Я, как министр, понимаю, что государство гарантирует пенсионные накопления и будет обеспечивать стабильность системы.

Загадочная безработица

— Но чтобы накопить на пенсию, нужно иметь работу. Поэтому давайте поговорим о трудоустройстве и безработице. Официально она у нас в Казахстане остаётся низкой. При этом работодатели жалуются на нехватку кадров. Одновременно некоторые люди говорят, что не могут найти работу. Как объяснить этот дисбаланс?

— По итогам 2025 года уровень безработицы составлял 4,6 процента. Основная проблема — несоответствие между запросами рынка труда и тем, каких специалистов готовит система образования.

Работодателям нужны технические специалисты, работники сферы здравоохранения, образования, промышленности, IT, атомной отрасли. Но многие выпускники получают образование в сфере права, экономики, маркетинга и менеджмента, где предложение специалистов уже превышает спрос.

Министерства просвещения и науки проводят реформы, чтобы колледжи и вузы готовили специалистов с учётом реальных потребностей рынка труда.

При этом наличие одного диплома не означает, что человек должен всю жизнь работать только по этой специальности. Никогда не поздно переобучиться, пройти курсы повышения квалификации и освоить техническую профессию.

На крупных промышленных предприятиях действует институт наставничества: молодого сотрудника закрепляют за более опытным специалистом, который обучает его уже на рабочем месте.

Ежемесячно работодатели размещают около 120 тысяч вакансий. Примерно 48 процентов из них относятся к рабочим профессиям.

Когда работодатели не могут найти специалистов внутри страны, они начинают привлекать иностранную рабочую силу. Ежегодно в Казахстан приезжают около 300 тысяч трудовых мигрантов. Уже из этого можно сделать вывод, что работа в стране есть.

Большой спрос сохраняется в сельском хозяйстве. Нужны агрономы, инженеры, механизаторы и операторы оборудования. Но большинство молодых людей стремится переехать в города.

— Мы видим людей с хорошим техническим образованием — электриков, слесарей и других специалистов — которые работают таксистами или курьерами, потому что там можно заработать больше. Получается, проблема не только в нехватке кадров, но и в том, что людям невыгодно работать по специальности?

— К этому вопросу нужно подходить комплексно. Одной зарплатой молодёжь в село не привлечь. Нужно развивать инфраструктуру и социальные объекты: школы, детские сады, культурные учреждения. У молодой семьи должны быть нормальные условия для жизни, возможность устроить детей в детский сад и школу.

Также многое зависит от работодателей. Они должны приходить в колледжи и вузы, рассказывать о вакансиях, приглашать выпускников, обещать обучение, понятную зарплату и карьерные перспективы.

Если этого не делать, через несколько лет мы столкнёмся с ситуацией, когда в сельской местности практически не останется работников. Нынешние специалисты выйдут на пенсию, а заменить их будет некем.

Поэтому государство и работодатели должны совместно создавать условия, при которых молодёжи будет выгодно работать по специальности.

Есть ещё одна причина, по которой официальные показатели и ощущения людей могут расходиться.

Часть граждан имеет проблемные кредиты. Как только человек официально трудоустраивается, судебный исполнитель видит его доход и начинает удержания. Поэтому некоторые предпочитают неформальную занятость. Похожая ситуация возникает с должниками по алиментам.

Мы меняем законодательство, чтобы работодатели обязательно вносили трудовые договоры в Единую систему учёта трудовых договоров. За невнесение данных предусматривается административная ответственность.

Также рассматривается возможность заранее прописывать в трудовом договоре, какая часть зарплаты будет направляться на погашение задолженности, а какая останется человеку на жизнь.

Нужно объяснять гражданам, что официальная работа — это стабильная зарплата, пенсионные и социальные отчисления. Даже если у человека есть долги, можно договориться о регулярном погашении определённой суммы. Это не должно становиться причиной полностью уходить в неформальную занятость.

— Может ли государство помочь с поиском работы?

— Мы разрабатываем цифровую службу занятости. Молодёжь сегодня практически не ходит в карьерные центры — она находится в мобильных устройствах. Поэтому человек сможет зайти на платформу через телефон, а цифровой помощник начнёт сопровождать его и подбирать вакансии.

Справка: карьерные центры — это подразделения государственной службы занятости, созданные вместо прежних центров занятости. Они помогают найти работу, подобрать обучение или переобучение, получить направление на субсидируемые рабочие места, а также консультируют по мерам поддержки занятости.

Система покажет вакансии в его области, предложения в других регионах, рабочие места в крупных компаниях, возможности безопасного трудоустройства за рубежом и варианты переобучения.

В Казахстане планируется реализовать около 600 крупных проектов с участием иностранных инвесторов. Они создадут новые рабочие места.

Молодым людям нужно показывать эти возможности и объяснять, что платформенная занятость — такси или доставка — может быть удобной, но важно думать и о долгосрочной профессиональной перспективе.

Пилот цифровой службы занятости планируется запустить в Мангистауской и Павлодарской областях. Эти регионы выбраны намеренно. В Мангистауской области уровень безработицы несколько выше, а многие жители хотят работать только в нефтяной отрасли. Но нефть когда-нибудь закончится, поэтому нужно заранее показывать людям альтернативные профессии.

Есть вопросы и к работе карьерных центров. Раньше их называли органами социального обеспечения, затем сменили вывески, но сам подход изменился не везде.

Часто сотрудники карьерных центров просто сидят в кабинетах и ждут, пока человек придёт к ним сам.

В других странах социальный работник отвечает за конкретный район, знает проживающих там безработных и сам приходит к человеку: знакомится, рассказывает о районе, показывает вакансии и помогает устроиться.

Оставлять молодого человека один на один с электронной биржей труда тоже неправильно. Есть разные категории граждан, которым требуется особый подход: бывшие осуждённые, люди, проходившие лечение от алкогольной или наркотической зависимости. Их нужно реабилитировать и возвращать к занятости.

Пособие — это минимальная государственная поддержка. Но лучшим способом обеспечить семью и показать пример детям остаётся труд.