Для Ташкента это редкий пока пример очеловечивания административного пространства — многие здания в городе, в том числе государственного назначения, всё ещё окружены оградами, парковками и буферными участками — они не служат жителям и не участвуют в повседневной жизни района. «Дезаборизация» 2018−2019 годов затронула лишь небольшую часть столицы.

При этом качество благоустройства определяется не только количеством новых объектов и внешним видом. Важно, насколько пространство отвечает повседневным сценариям: удобно ли по нему передвигаться, связаны ли между собой основные точки притяжения, есть ли защита от солнца и доступен ли маршрут для людей с разными физическими возможностями.

В мае хокимият района презентовал новую площадку журналистам. Пресс-секретарь Мамуржон Пармонов рассказал, что раньше забором была обнесена территория площадью около 1,1 гектара. На месте нынешних пешеходной зоны, детской и воркаут-площадок находился пустырь.

«В прошлом году здесь началось благоустройство, и территорию превратили в полноценное место для культурного отдыха горожан. Мы проложили вело- и беговые дорожки, провели полную реконструкцию русла канала, укрепили его, сделали ограждения и обустроили островок для лебедей и уток. В будущем здесь откроются ещё две локации: одна — спортивная, для молодёжи и пожилых людей, а вторая станет сюрпризом», — сказал пресс-секретарь.

Мамуржон Пармонов подчеркнул, что ключевая идея проекта — превращение закрытой ведомственной территории в открытое общественное пространство. Если раньше посетители сталкивались с заборами и КПП на пути в администрацию, то теперь территория хокимията открыта для горожан.

По наблюдениям администрации, по вечерам здесь собирается много отдыхающих.

Демонтаж ограждений повлиял не только на внешний вид территории, но и на её функцию. Пространство у хокимията перестало быть изолированным служебным участком и стало частью пешеходной среды района.

Для удобства жителей «народную приёмную» перенесли из задней части здания в боковую. Путь к ней стал короче и понятнее.

Детскую и спортивную зоны разместили внутри озеленённой части парка, в стороне от движения автомобилей. Газоны и низкие кустарники отделяют их от дорожек, но не закрывают обзор: сопровождающие могут наблюдать за детьми с разных точек. Обе площадки получили ударопоглощающее покрытие, подходы к ним выполнены без высоких бордюров и ступеней.

Детский комплекс рассчитан на детей младшего возраста: здесь есть горки, переходы и качели. В зоне воркаута по соседству установлены турники и уличные тренажёры, поэтому площадками могут одновременно пользоваться семьи с детьми и взрослые посетители.

При этом на площадках почти нет защиты от солнца. В июле, когда дневная температура в Ташкенте может превышать +40 градусов, резиновое покрытие, пластиковые и металлические элементы сильно нагреваются, так что использовать их становится комфортно только после захода солнца.

Молодые деревья и формованные кустарники пока выполняют в основном декоративную функцию и почти не затеняют территорию. В климате Узбекистана важна тень над местами, где люди проводят продолжительное время. Для этого можно использовать лёгкие навесы и перголы, дополняя их быстро растущими вьющимися растениями, например, диким виноградом.

Озеленение: кто сильнее нуждается в тени — люди или машины?

В новом парке высадили много молодых и уже набравших силу растений — берёзы, ивы, липы и хвойные. Это не юные саженцы, которые требуют интенсивного ухода, у этих деревьев уже сформировались небольшие кроны, хотя высота стволов пока не позволяет им давать существенную тень.

По газону проложена система полива и, судя по влажности земли, её регулярно включают. Вдоль берега Салара хорошо прижились катальпы, посаженные около семи лет назад.

Тем не менее большая часть озеленения нового парка пока не может защитить посетителей от летней жары. На этом фоне спорным выглядит создание парковки у фасада хокимията — в пешеходной зоне, в густой и плотной тени взрослых чинар.

В ташкентском климате тень — это полноценный элемент городской инфраструктуры. Она определяет, можно ли пользоваться пространством днём и сколько времени человек сможет провести на улице. Т ень взрослых чинар гораздо полезнее для людей, чем для машин. Парковые скамейки со спинками, питьевой фонтанчик и дополнительное низкое озеленение с растениями-многолетниками придали бы месту более дружелюбный вид, позволяя хокимияту ещё с фасада показать, что здесь рады горожанам и приглашают их проводить время бок о бок. Асфальт здесь можно было бы заменить частично водопроницаемым покрытием (например, брусчаткой с газоном), а приствольные пространства деревьев расширить, чтобы они получали больше воды и воздуха, — эти меры локально понизят температуру.

Ещё один нюанс: чтобы попасть на парковку у фасада хокимията, машина должна заехать на тротуар, что противоречит концепции «город для людей», а также портит брусчатку. При этом поблизости от хокимията уже есть две парковки: одна — на противоположном берегу Салара, на улице Мирзакалона Исмаили, вторая — сразу за новым парком.

Если есть объективная необходимость в парковке перед хокимиятом, возможно, стоит организовать её силами Poytaxt Parking по общим правилам — вдоль обочины проезжей части.

В последний визит сюда корреспонденты «Газеты» обнаружили, что автомобилисты стали оставлять машины на пешеходной дорожке из плитки и брусчатки прямо в парковой зоне. Отметим, что в самом начале, после открытия объекта, такого здесь не наблюдалось. Однако теперь автомобили ожидаемо занимают прогулочную дорожку, поскольку им дали такую возможность, организовав заезд с улицы Мустакиллик.

Немалую лепту в автомобилизацию этой дорожки вносит и то, что она отмечена как подходящая для проезда машин в Яндекс Картах (см. скриншот выше). Отметим, что проезжая часть, которая примыкает к парку и хокимияту и которая задумывалась именно как проезжая часть, имеет не мощёное, а асфальтовое покрытие и разметку.

Вдоль берега канала появилась широкая мощёная дорожка с освещением, видеонаблюдением и стойками экстренной связи. Пространство под автомобильным мостом через Салар (часть проспекта Мустакиллик) тоже включили в проект благоустройства — сделали освещение, благодаря чему это место стало выглядеть более безопасно.

«Здесь раньше было страшно ходить, были заросли. Сейчас всё открыто, ярко освещается, стоят видеокамеры — стало намного спокойнее», — рассказывает Рухсана, которая живёт на Дархане и приходит сюда с сыном несколько раз в неделю.

У дорожки установили длинные рядные деревянные лавки. Часть из них встроена в подпорные конструкции склона: такое решение позволяет разместить много посадочных мест, не загромождая проход. На другом берегу — множество обычных лавочек. По вечерам все они обычно заняты — парк оказался очень востребован.

Из недостатков посетители чаще всего называют нехватку урн. Те, что есть, часто переполнены.

Берега канала укрепили камнем, а не бетоном — это одно из наиболее удачных решений проекта. Как ранее писала «Газета», архитекторы и экологи считают природные способы укрепления русел рек — камень, габионы и растительность — более долговечными и экологичными, они также меньше вредят биоразнообразию. Кроме того, за неровную поверхность каменного мощения легче зацепиться человеку при случайном падении в воду, хотя это не отменяет необходимости в безопасных выходах из канала.

При благоустройстве канала был сделан островок для лебедей и уток. Он добавляет повод задержаться у воды и наблюдать за птицами.

«Газета» несколько раз писала о том, что в Ташкенте (как и в других городах Узбекистана) сохраняется устойчивый спрос на отдых у воды, в контакте с природой. Говоря о парке на берегу Салара, мы сознательно не используем слово «набережная», поскольку концепция отдыха у воды в проект, вероятно, не закладывалась.

Канал отделен от пешеходной зоны забором с частыми и толстыми перекладинами, высота его в некоторых местах достигает 1,5 м. Такая высота и плотный рисунок забора ограничивают визуальный контакт с водой — взрослому человеку, чтобы полюбоваться ею, нужно подойти вплотную к парапету, а детям и сидящим на скамейках остаётся наблюдать воду сквозь вертикальные прутья. Прямо у забора размечена велодорожка, то есть подразумевается, что пешеходы не должны подходить к воде. Вероятно, при помощи таких мер проектировщики стремились обезопасить горожан от случайного падения в воду, а также предупредить купание.

Вопрос безопасности, несомненно, важен, но без визуального контакта человека с водой общественные набережные теряют свой смысл. Сбалансированное решение — сделать ограждение меньшей высоты (как, например, у набережной Анхора), с более «воздушным» рисунком, проложить пешеходный маршрут вдоль воды, а велодорожку, напротив, отодвинуть от края.

Можно также предусмотреть смотровые площадки над водой. Дополнительную безопасность могут обеспечивать лестницы для выхода из воды. Такой подход позволяет не лишать парк его главного преимущества — близости к Салару.

Дорожки, веломаршруты и безбарьерная среда

Пешеходные дорожки получили ровное мощение, внутри парка они образуют окружности, огибающие озеленённые участки. Такая геометрия подходит для неспешной прогулки и позволяет обойти зелёные участки, хотя не все маршруты связывают основные объекты.

Наиболее показательный пример — фонтан, новый объект в парке. Вокруг него проложена замкнутая круговая дорожка, которая позволяет любоваться фонтаном, но не соединяет его ни с одним из других объектов. По ней можно обойти фонтан и вернуться в исходную точку, но нельзя, например, пройти насквозь.

Пешеходная связь не помешает и между воркаут-площадкой и основными пешеходными дорожками. На этом участке уже появлялся настил из прессованного дерева, затем его убрали. Сейчас на этом месте ограждение — оно охватывает дуб, посаженный президентом Шавкатом Мирзиёевым во время его визита в парк.

Обычно люди склонны сами прокладывать тропинки так, как им удобно ходить. Стихийные тропы в таких случаях стоит воспринимать как обратную связь, они помогают корректировать навигацию.

Велодорожка вдоль канала пока не связана с уличной сетью, поэтому выполняет скорее развлекательную, чем транспортную функцию. Сейчас этот участок подходит для неспешного катания внутри парка. Возможно, связка с велодорожками по улице Мустакиллик станет актуальна позже.

Безбарьерность в проекте учтена частично. На набережной есть тактильное покрытие для слабовидящих и плавные уклоны, однако в некоторых местах дорожки упираются в лестницы, а плавный подъём предусмотрен только на красной велополосе. В результате родители с колясками вынуждены пользоваться пространством, предназначенным для велосипедистов.

Есть и откровенно опасное место. На лестнице, ведущей с улицы Мустакиллик к дорожке вдоль берега Салара, одна из верхних ступеней заметно выше остальных. При подъёме перепад виден, но при спуске сверху может быть неочевиден. Разная высота ступеней нарушает предсказуемость движения и повышает риск падения пешеходов.

У парка несколько входов-выходов. В передней части парка прогуливающиеся могут выйти на улицу Паркент к фасаду хокимията, в боковой части — на улицу Мирзакалона Исмаили, а оттуда к массиву Пушкина-Салар. Если же они идут вдоль берега, то выйдут к метромосту, где прогулочная зона заканчивается тупиком — здесь нужно подняться по лестнице и выйти на проспект Мустакиллик. В задней части прогулочная дорожка завершается глухим забором, который отсекает не только пешеходную часть, но и канал — дальше начинается охраняемая территория Университета военной безопасности и обороны.

«Приходим сюда каждый день. Тихо, много деревьев, приятно погулять, а вечером ещё и прохладно», — говорит Алибек, который ежедневно прогуливается здесь с собакой Арнольдом. Живущая неподалёку Рухсона отмечает, что часто видит здесь своих соседей.

В целом, общественные пространства следует оценивать не только в момент открытия. Их качество проявляется в повседневном поведении людей: где они находят кратчайший путь, какие места остаются пустыми днём, где пересекаются интересы пешеходов и велосипедистов, какие препятствия возникают у родителей с колясками и пожилых посетителей.

Наблюдение за тем, как горожане пользуются пространством, помогает развивать его после завершения основных работ. Можно уточнять маршруты, добавлять тень, сглаживать перепады высоты, улучшать навигацию и постепенно соединять участки активностей.

Парк стал примером открытия административной территории горожанам. Последующая его доработка могла бы усилить этот результат и показать, как благоустройство развивается на основе наблюдений за использованием пространства. И, безусловно, машинам в парковой зоне — не место.